podoidi

 [победе]

[май. онтологическое бессилье]

листья меня тревожат
гаражи и деревья тревожат

но ответить не может
но ответить не может

тогда

в силу вступает бекон

*
день корытца!
день корытца!

мне и мне нехорошо

чёрная кровь стремится
чтоб было всё

слепень плавно перетекает
через конференц залы столы

где осуждены    увы
    перья с мясками кружатся

*
победа
людоеда
   еденьем мы занялись
кррррррррых авангардист бы сплюнул
а мы издаём рык

*
лёгкое лёгкое что-то       что-то такое сирень
ясное это такое детская акварель

гарные хлопчики пели
виллой вздувался октябрь

декоративные карусели
не размыкая жабр

он входит в комнату надутый
…….иуты

*
в краю интеллектуальных гномов
случилась война

сахарной ваты полные гробы
заполнили все шоссэ

мы их спасали все
подставляли утробы полные злобы

я личность свою собрала
чтобы тоже помочь передать

информацию первой части
в погребок где тщедушный пищит чеснок
и Устроителя смачное мясо
знает свой ноготок

*
люпины люпины вскричали
реформаторы лютеране

горячую ложечку колет
мятное жало германи

по признаку родства
по признаку религиозной вражды
по признаку классового неравенства
по признаку ущемлённых свобод
    по призраку водостока блокадного
мятая кровь идёт

я здесь остановлюсь погоди
    галя, вот тебе леденцы взлётные
ты за этим пожалуйста проследи

они уже ледоходные

 
по дёснам бродит сквозняк
снимаем жилеты победные

погоди вот так

в курильни вошли внутривенные

*
панки дрыгались в окопах
воронок сквозь дым рытел
жидкой тенью игги попа
      приходил и отпускал

кура дрыгалась на стуле
радость по усам текла

мы усы ему согнули
шею хрякнули ла-ла

мы его похоронили
     над шипами снег дрожит

всю деревню мы отмыли
а города и вовсе нет

только пшёнка огнестрельнаяяяяяя

*
здесь вся любовь как бы за ширмой
больного разума смола
приобретается удачной фирмой
в обмен на мешочки с толчёным стеклом

но я то знаю это не фирма    пантера!
но я то знаю, дима, поверь
вся эта солнечная атмосфера ювелирная
гной скрывает метель

 
и главное дом нехороший
где главный комбинатор луком струпья посыпает
        а вокруг него дремлют хрюши
и собачка из китая

всё горит и смердит
майского курева рана

репродуктор

голосом рыжего говорит
и ножи метает из тумана

*
религия обмана
как же так   как же так
я не хочу пережить это

седая горбуша принимает туристов


туристов едят

не надо

над александровским садом
воздушная панда
выпускает веселящий газ

и хохочут на кэблах крестьянки
и светятся изнутри панки

что же такое спросите
слишком много здесь присутствовало животных
мультяшных как бы персонажей….
что это зоопарк   да нет же   было бы слишком просто
просто есть они    это правда

да и людей ведь не меньше
нас больше
а надо ещё  ещё

*
вечернаяя зарядка перед боем:

1. усмири свою аниму быстро
2. вот уводят архэ под конвой
3. вот лови золотая таблетка
4. над раскрытою головой
5. вот с берроузом спит синтапитка
6. извергает всё сало змея
7. вот улыбка твоя как улитка
8. господи это я
9. вот моя  в перепонках тетрадка
10. автомата в компьютере хруст
11. у эдички опять с агрессией вышла накладка
12. шлем кривой отнимает от уст
13. вот в прихожей сухие крюки
14. заходите друзья анархисты
15. ваши  белые пули легки
16. и душисты ваши канистры
17. это вышло в парад   это я

*
горечь утраты   но
цветы не могу им дарить

как же могли ведь они
мыло сухое курить

май размякший в кино
газ выпускает пар
и пахучий как сельдь
чистопрудный бульвар

       ночью на кухне кран
выпускает салют
синий чуть жидкий      экран
в левое тело бьют

не мечтаю о чём
нет её впереди                  гори!
только одни они
конструкторы впереди

* * *

я рождаю идеи в дыму и в ряду
где массируют Ленина крОты
тёмных лилий из глаз в сад глазной не хочу
где слипаются пенные соты

хлипкий шар  гимназистка прижала к груди
будто склеились бледные пальцы
жжёной вены разрез впереди впереди
крутят замоскворецкие пяльцы

только глаз землеройки горит впереди
неизвестного рода купаты

,БОГИ

в узкой нашлёпке железной вот жирный стоит Маневрон
но все мы  все мы   смотрим в семы  а он
футурист христианский масон
                                                    и в ложноножках его
поют давно
микропетухи и зашиты за подкладку
Карлсончика блинки  тридцатые грехи
он веко тихо подымает:
и видит   Мунк свой лапкой ладит пляж
в акробатических цветах
                    моя моя тоска!
лежит центон-центавр
             и усик-трубочка-ситро
порхают светлые медузы
корабль из когтей сухой
Петербург бороздит
                                 он хотит глаз закрыть но не может
Атону продался, хорей несчастный которого гложет

не вчерашние стихи и не 6-7 мая, как можно было бы подумать, а двухнедельной, наверное, давности

* * *

мы убиваем СМИ  работающих в марте
вороньей ночи ворс под крыком простыни
друг, шлем сними сплошной! одни теперь на карте
голодный стаканы
железные пимы

горят уже внутри  слюны простой растёки
и батюшкова токи –
всё примет горький сок.
подтаявший смердящий на диктофонной плёнке
лобного яблока бок, -
мозжечок в прохладную чуть сдвинут обитель
               и плачет устроитель

* * *
мантры северные молодые прохладные листья
медленно трогать    и всё прикосновенье
в иголку заштопать
   тело открой тело
внутри лишь чёрная глянцевая подкладка
   сердце открой сердце
брусничная там брусчатка
певучие там клещи
лопнутые спирали
      губами руками кричи
      зубами тащи – научили
потом с высоты обзор
слязгнулись тесные латы
вот он   на майском ковре
лежит механизм разъятый
с высоты  с высоты
плёнки содрав пелерину
выдвинув из темноты   небес  очертания сложную глину
дай время – в горле сухом слёзные стают качели
чтоб не случилось потом, что в некой войне преуспели

дико слоится гроздь